Ближневосточный кризис

<<<--- на основную станицу

Америка на Ближнем Востоке потерпела поражение
("The Financial Times", Великобритания)
Позиция Соединенных Штатов по ливанской войне имеет целый ряд негативных последствий для Америки

Филип Гордон (Philip Gordon) и Джереми Шапиро (Jeremy Shapiro)

Пока израильтяне и арабы продолжают споры по поводу того, кто победил, а кто проиграл в Ливане, один итог уже ясен для всех: Америка там потерпела поражение. Решение Вашингтона безоговорочно поддержать военную кампанию Израиля и ее отказ активно добиваться прекращения огня на ранних этапах противостояния, возможно, и имели какие-то незначительные выгоды для США, например, разрушение военного потенциала группировки "Хезболла". Однако в более широком плане тот факт, что Вашингтон поддержал эту войну и попустительствовал методам ее ведения, стал настоящей катастрофой.

Позиция Соединенных Штатов по ливанской войне имеет целый ряд негативных последствий для Америки. Она объединила арабов-суннитов и арабов-шиитов в единый антиамериканский фронт, причем произошло это в тот момент, когда союзники США из числа мусульман-суннитов сами выражали растущую обеспокоенность в связи с подъемом "Хезболлы" и Ирана. Такая позиция укрепила положение поддерживаемых Тегераном иракских боевиков, спровоцировав их на дальнейшие действия - как раз в тот момент, когда Вашингтон направил в Багдад дополнительные войска, чтобы остановить волну насилия в этой стране. Она отвлекла внимание мира от иранской ядерной проблемы, причем произошло это как раз тогда, когда Совет Безопасности ООН собирался пригрозить Ирану применением санкций. Она разрушила остатки надежд США на то, что Америку будут воспринимать в качестве честного посредника в переговорах между израильтянами и арабами по поиску мира на Ближнем Востоке. Она подорвала позиции союзников США и демократических реформаторов в арабских государствах. Она также создала новый кризис доверия в рядах европейских сподвижников Америки в начальный момент улучшения трансатлантических взаимоотношений.

Но, пожалуй, самое главное состоит в том, что такая позиция США реально помогла укрепить ряды террористов, поскольку кадры ливанских женщин и детей, погибших под израильскими бомбами, при помощи спутникового телевидения обошли весь мир. Если посмотреть на итоговый баланс, то можно увидеть, что эти события намного перевешивают те выгоды, которые принесла дополнительная пара недель, отведенная Израилю для уничтожения ракет "Хезболлы" (ракеты эти в большинстве случаев легко можно создать вновь).

Защитники администрации Буша заявляют, что Израиль своей ливанской кампанией отнюдь не подрывал интересы США, а на самом деле, оказывал Вашингтону большую услугу. С их точки зрения, США фактически находятся в состоянии войны с "исламофашистами", если использовать политический язык президента Джорджа Буша. А наступление Израиля на "Хезболлу" стало первой битвой того, что некоторые американские неоконсерваторы и политики, подобные Ньюту Джингричу (Newt Gingrich), уже окрестили "третьей мировой войной".

Они утверждают, что единственный способ справиться с таким фронтом заключается в его уничтожении. Следовательно, Израиль, проводя эту кампанию, действовал в интересах Соединенных Штатов Америки. Однако это чрезмерное упрощение стратегической ситуации, сложившейся сегодня на Ближнем Востоке. В нем содержится опасность того, что предположение о наличии единого врага может превратиться в самосбывающееся пророчество. Это упрощенческое представление сваливает в одну кучу сложный комплекс взаимосвязанных, но существующих отдельно проблем, к которым относятся шиитская теократия в Иране, светская диктатура в Сирии, исламско-националистическая власть ХАМАС в Палестине, различные группировки шиитских и суннитских боевиков в Ираке, а также ливанская "Хезболла". Все они представляются в виде единой и монолитной угрозы, которую можно сдержать или ликвидировать исключительно всесокрушающей военной мощью. Подобно подходам администрации Буша в Ираке, такое упрощенческое представление демонстрирует полное равнодушие к усиливающейся тенденции использования иностранной военной интервенции, порождающей националистическое возмущение и жестокое сопротивление.

Пока не ясно, причастны ли официальные лица США к планированию израильской войны с "Хезболлой" (а именно это утверждал Сеймур Херш (Seymour Hersh) в номере журнала "New Yorker" за прошлую неделю), или акции Израиля застали Вашингтон врасплох, в связи с чем он безоговорочно поддержал их под воздействием своих политических рефлексов. В любом случае, поразительна неспособность американских политиков спрогнозировать то, каким образом израильская военная кампания может подорвать цели и интересы Америки в данном регионе. Сегодня американские официальные представители называют решение госсекретаря Кондолизы Райс (Condoleezza Rice) отправиться в Нью-Йорк (здесь очевидная ошибка, ведь поехала она все же на Ближний Восток - прим. перев.) на переговоры о прекращении огня смелым дипломатическим шагом, который продемонстрировал лидирующую роль США и привел к восстановлению мира. Однако возникает вопрос: почему она начала действовать лишь спустя 30 дней? Тот ущерб, который нанесла израильская военная кампания западным интересам на Ближнем Востоке и в более широких пределах - не говоря уже об ущербе обществу и инфраструктуре Ливана и Израиля - намного перевешивает ее результаты и достижения.

Сейчас слишком поздно пытаться что-то предпринять: ущерб уже нанесен. Чтобы с наименьшими потерями выйти из этой неблагоприятной ситуации, администрации Буша следует сделать все возможное для поддержания ливанского правительства и развертывания на территории Ливана дееспособных сил ООН. Она должна оказать помощь в восстановлении страны и содействовать политическому процессу в этом регионе.

Однако в будущем Соединенным Штатам необходимо более тщательно продумывать последствия своей ближневосточной дипломатии, даже если это означает расхождение позиций со своим ближайшим союзником по региону. Это самый лучший способ оказать помощь Израилю. Ведь он только выиграет от того, что у него имеется хороший и сильный друг, пользующийся определенным авторитетом и дипломатическим влиянием на Ближнем Востоке.

Филип Гордон является старшим научным сотрудником вашингтонского Института Брукингса по вопросам внешней политики. Джереми Шапиро - научный сотрудник исследовательской программы внешней политики того же института.

Перевод: Евгений Еремин, ИноСМИ.Ru

--------------------------------

Израиль удалось остановить не без помощи России?
("Zaman", Турция)
Доцент Мелих Канн (Melih Can), специалист по международным отношениям.

Война Тель-Авива против "Хезболлы" войдет в историю не только массовым истреблением мирных жителей, но и тем, что она развеяла миф о непобедимости израильской армии.

Символом этого сокрушительного поражения стал горящий танк 'Меркава' по прозвищу 'стальная гора': немало этих машин, составляющих опору израильской военной мощи, было подбито боевиками "Хезболлы". Чем больше израильских танков вспыхивало как спички, тем лихорадочнее в Тель-Авиве и Вашингтоне искали виновных. Если Иран и Сирию рассматривали как главный источник боеспособности 'Хезболлы' с самого начала операции, то в последнее время, как мы видим, к этому списку добавили еще и Российскую Федерацию (РФ).

Именно на Россию израильская пресса возлагает ответственность за неудачу в Ливане, утверждая, что противник 'Цахала' использовал российское оружие. Военные эксперты подчеркивают, что "Хезболла" имеет ПТУР 'Метис-М', противотанковые гранатометы РПГ-29, зенитные ракеты, в том числе переносные комплексы 'Стрела-2' и другие вооружения российского производства. Обладая этим современным высокоэффективным оружием, военные формирования "Хезболлы" превращаются из полупартизанского 'ополчения' в хорошо организованную армию. Испытав на себе воздействие противотанковых ракет, израильтяне все чаще выражают неудовольствие в связи с 'недружественным' подходом России. Однако, как бы обе стороны ни старались это скрывать, отношения между Израилем и Россией всегда характеризовались несовпадением позиций. В регионе Россию воспринимали как 'друга арабов', а сама Москва считала, что именно Израиль действовал неправильно в ходе ближневосточного конфликта, и по сей день придерживается этой точки зрения.

Россия говорит: пора платить по счетам. . .

После окончания 'холодной войны', особенно в период президентства Путина, эта ситуация вновь проявилась со всей наглядностью. Путинская кампания против олигархов сопровождалась арестами бизнесменов еврейского происхождения, конфискацией их имущества и требованиями о переводе их капиталов из израильских банков в российские; в результате Путин неожиданно приобрел репутацию 'лидера-антисемита'. Израильтяне тут же приписали все эти шаги 'искусной политике проарабского лобби и сторонников Сирии'. Кроме того, Россия не желает включать ХАМАС и "Хезболлу" в список террористических организаций, а высказывания Москвы после победы ХАМАС на выборах резко усилили недовольство Тель-Авива. Последней соломинкой стало заявление Путина, сделанное 9 февраля 2006 г. в ходе визита в Испанию, о том, что он намеревается в ближайшем будущем пригласить лидеров этой организации в Москву.

Конечно, было бы неправильно рассматривать ближневосточную политику России и поддержку, которую она оказывает различным силам в регионе, в частности 'Хезболле' и ХАМАС, исключительно в контексте ее отношений с Израилем. Тот факт, что эта страна вышла на авансцену в ходе последних событий с участием Израиля, 'Хезболлы' и ХАМАС - лишь верхушка айсберга. Несмотря на ослабление ее потенциала и влияния в период после 'холодной войны' Россия по-прежнему пытается обеспечить свои национальные интересы в регионе.

Она стремится сохранить за собой традиционную роль поставщика оружия (прямым или косвенным путем) ближневосточным государствам и организациям. Другое направление ее политического курса связано с укреплением позиций российского бизнеса в энергетическом секторе региона. Ссылаясь на свой статус правопреемницы СССР, активно влиявшего в свое время на ситуацию в регионе, Россия дает понять: несмотря на противодействие США и Израиля она стремится занять подобающее место в формирующемся новом балансе сил на Ближнем Востоке, и, по возможности, сохранить прежний авторитет.

Россия сосредоточивает внимание на Ближнем Востоке, поскольку. . .

Одним словом, Россия преследует в регионе все более масштабные стратегические цели. В этом смысле ее приоритетная задача состоит в том, чтобы превратить Ближний Восток (а также Афганистан) в 'трясину', где увязнут США и их союзники. Тот факт, что в распоряжении бойцов иракского и афганского сопротивления, а также 'Хезболлы' и других организаций имеются одни и те же образцы современного оружия, не может быть простым совпадением. Создавая для США неприятности по всей дуге Ливан-Сирия-Ирак-Иран-Афганистан, Россия пытается отомстить за прошлые обиды. В этом контексте Ливан втягивается в ситуацию, в ходе которой ему отводится роль 'Ирака номер два'. Чем больше ударов наносит Израиль, тем глубже он увязает в конфликте. Тот факт, что ближневосточные группировки рассматривают Россию как державу, к мнению которой необходимо прислушиваться в ходе урегулирования региональных проблем, все больше загоняет Тель-Авив в тупик и усиливает дружеское отношение к России в регионе.

Вторая главная задача России, судя по всему, состоит в том, чтобы вынудить Вашингтон уделять больше внимания и энергии таким странам, как Иран и Сирия, а также восстановить свое влияние и ускорить возвращение на ближневосточную арену при поддержке антиамериканского блока. В данный момент Россия, активизируя отношения со странами региона, поощряет Сирию к противостоянию США и Израилю, укрепляет диалог с Палестинской автономией и наращивает связи с Ираном в сферах политики, экономики и безопасности, и особенно в ядерной энергетике. Эта новая стратегия - возмездие России за события в Грузии, на Украине, в Прибалтике и Кыргызстане; с другой стороны, она открыто противостоит формированию на Ближнем Востоке баланса сил без учета ее интересов. В этой ситуации трения между США, единственной сверхдержавой на планете, и Россией, уверенно продвигающейся к своей цели - восстановлению позиций, которые она занимала в советские времена, ведут к своебразной 'бескровной дуэли' этих двух стран.

В этой связи весьма интересным представляется сообщение, опубликованное в российской газете 'Коммерсант' 2 июня 2006 г. В нем говорится о начале работ по углублению акватории сирийского порта Тартус, где еще с 1970-х гг. располагаются объекты для текущего ремонта и обслуживания российских судов, и о том, что в этой гавани может быть оборудована стоянка для боевых кораблей российского Черноморского флота, чья главная база находится в Севастополе. Таким образом Российская Федерация, впервые после распада СССР, создает военную базу за пределами постсоветского пространства. Значение этого события очевидно: РФ стремится использовать Сирию в качестве плацдарма для усиления своего влияния на Ближнем Востоке. Заслуживает упоминания и позиция Москвы по ключевому вопросу, препятствующему нормализации отношений между Дамаском и Тель-Авивом: она заявляет, что без возвращения Сирии Голанских высот ближневосточное урегулирование невозможно. Похоже, за счет поддержки Сирии Россия хочет завоевать на свою сторону арабский мир и утвердиться на Ближнем Востоке.

Россия предпринимает и другие шаги по завоеванию симпатий арабского и мусульманского мира. На данном этапе большим шагом вперед для нее является вступление в Организацию 'Исламская Конференция' (ОИК). Получение статуса наблюдателя в ОИК приблизило Россию к ее конечной цели. Последний шаг в этом направлении Москва предприняла 9 августа 2006 г. Кроме того, Путин некоторое время назад отдал приказ о поэтапном выводе войск из Чечни.

В период, когда в исламском мире, и особенно на Ближнем Востоке, растет оппозиция США и Израилю, действия России представляются весьма дальновидными. Одна пытается заполнить 'вакуум влияния', образовавшийся в исламском мире, противодействуя США, и выступить в роли защитницы мусульман.

Перевод: Максим Коробочкин, ИноСМИ.Ru

Подбор фотографий и изображений - Obkom.com